А была ли девочка? Журналисту Ивану Благому грозит тюремный срок

Лишением свободы от трех месяцев до пяти лет может обернуться журналисту российского «Первого канала» Ивану Благому сюжет, вызвавший широкий резонанс в Российской Федерации и в русской диаспоре в Германии. Материал, сделанный на основании показаний знакомых и родственников пострадавшей, описывает факт похищения и изнасилования беженцами 13-летней русскоязычной девочки, которую похитители заманили в автомобиль и надругались в течение суток. Он неоднократно транслировался Первым каналом, а позже и другими с соответствующей ссылкой. Согласно вышедшему материалу, в деле замешаны беженцы из арабских стран, а следствие полицией не ведется.

Пока бушевали страсти немецкий адвокат Мартин Лютле (Martin Luithle) подал в прокуратуру Берлина ходатайство о проверке законности репортажа журналиста. На вопрос о том, что же побудило адвоката пойти на такой шаг и кто является заказчиком Мартин ответил, что рассматривает произошедшее как серьезное вмешательство в дела немецкого правового государства, а это крайне опасные действия. Кроме того, адвокат усмотрел ряд несоответствий в сюжете. В частности, в том месте, где якобы демонстрируется акция протеста российской диаспоры, на самом деле съемка велась с акции праворадикальной Национал-демократической партии Германии. Поэтому он считает сюжет российского журналиста намеренной фальсификацией, направленной на разжигание межнациональной розни, за что автор должен понести наказание. «Если мои доводы покажутся берлинской прокуратуре убедительными, материалы будут переданы в суд. В этом случае за дело возьмется гособвинение, и я не буду участником процесса. Моя роль заключается в том, чтобы инициировать следственную проверку»,- говорит адвокат.

Словно вторя действиям своего защитника, официальный представитель пресс-службы берлинской полиции опроверг данные, заявив, что дело девочки ведется, и информация проверяется. По его словам, на момент его заявления, не выявлены ни факт изнасилования, ни похищения жертвы. Однако учитывая, что объявление о пропаже 13-летней Лизы Ф. появлялось в интернете 11 января на сайте самой берлинской полиции, такое заявление, как минимум, вызывает вопросы. Под фотографией девочки размещалась информация об исчезновении, а также её приметы. Впрочем, чуть позже из уклончивых ответов полицейских все же стало ясно, что если не похищение, то «факт кратковременного исчезновения ребенка» все же признан. При этом хорошо известно, что в Германии подобные преступления не придаются огласке, поскольку есть вероятность, нанесения непоправимого вреда психике ребенка. Поскольку эти пункты прописаны в законодательстве, то попытки родственников все же придать свою беду огласке могут быть расценены, как нарушение прав ребенка, соответственно могут возникнуть проблемы с социальными службами, которые попросту могут отобрать ребенка у семьи. При этом мнение самой пострадавшей не учитывается в силу того, что она несовершеннолетняя.

Адвокат девочки Алексей Данквардт дал некоторые неутешительные разъяснения, которые проливают свет на дело если не в наличии самого события, то в широких возможностях его трактовки немецким законодательством. «В Уголовном кодексе Германии есть несколько статей. Есть статья о педофилии, есть статья о тяжелой форме педофилии. Есть статья об изнасиловании и о нанесении побоев. Я настаиваю на том, что Лиза стала жертвой насильственного преступления. А вот по какой статье его квалифицировать, это решать не мне и не полиции. Это будет решать суд», - объясняет Алпексей. «Полиция наконец признала, что она ведет следствие дальше, что они его не прекращали. Это подтверждает мою версию, что, для того чтобы успокоить общество, они взяли две наиболее тяжелых, с точки зрения юридически необразованного человека, статьи и занялись юридической казуистикой. При этом, причин для иска к полиции нет, потому что они все же ведут дело. Что имело место, так это непрофессиональная работа с общественностью. Действительно, полиция создала впечатление, что девочка и ее родственники обманывают общественность. Будет ли подан иск о возмещении морального ущерба, это мы решим в ближайшее время».

Еще одним слабым местом репортажа, порождающим разночтения, является утверждение, что ребенка похитили именно беженцы. В своих показаниях, девочка дала описание внешности преступников. Это описание может указывать как на беженцев, так и на немцев с темной кожей лица, кудрявыми волосами. Заявлять, кем были преступники, до окончания следствия не может никто. Это запросто могли быть граждане Германии арабского происхождения. И именно на это указывает факт наличия у похитителей автомобиля. Едва ли у только что прибывших беженцев может быть зарегистрирован автомобиль.

Подводя итоги и учитывая сильное желание западных государственников слепить из случившегося очередную страшилку про «российскую пропаганду», можно только посочувствовать ребенку и русскоязычной семье, попавшей в эпицентр событий. Однако, большую тревогу вызывает и судьба автора репортажа. Факт изнасилования, как выяснилось, может иметь широкий спектр прочтений даже без утверждения о том, что жертва сама виновна в случившемся, поскольку «соблазнила мужчин». Так же едва ли на защиту российского журналиста бросятся родственники потерпевшей, учитывая, что результатом такого шага может стать просто разлука с любимым чадом. Бесчинства беженцев признаются властями с большой неохотой, а мелкие нестыковки в репортаже лишь подливают масла в огонь. Таким образом, рождается новый факт о необъективном освещении событий российскими журналистами. И повлиять это может не только на судьбу конкретного журналиста Первого канала Ивана Благого, но и на отношение к нашим коллегам в мире вообще.

Анна Мохова